РУКОВОДИТЕЛЬ УЧЕБНОГО ЦЕНТРА ВОЕННОСЛУЖАЩИЙ С ПОЗЫВНЫМ «АВРАМ» – О ПОДГОТОВКЕ РАЗВЕДЧИКОВ, РОЛИ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ГОТОВНОСТИ В БОЮ И ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ТОВАРИЩЕЙ
В учебном центре подготовка начинается с азов, ведь многие военнослужащие приходят практически без опыта. Руководитель учебного центра с позывным «Аврам» уверен: невозможно один раз составить план и просто следовать ему. То, что ещё несколько месяцев назад было актуальным, сегодня может потребовать серьёзной корректировки. А главный ориентир для инструкторов – опыт тех, кто уже выполнял задачи в зоне специальной военной операции.
– С чего начинается подготовка военнослужащего, который приходит в учебный центр практически без опыта?
– Наш учебный центр осуществляет подготовку разведывательного батальона. Но с учётом того, что ребята приходят с гражданки практически неподготовленными, их приходится учить всему с самых азов. И уже потом мы плавно переходим к более детальной подготовке.
Это огневая и инженерная подготовка, большой упор делаем на медицину, противодействие БпЛА – на всё то, с чем военнослужащие сейчас сталкиваются при выполнении задач в зоне СВО.
При этом нельзя зацикливаться на какой-то определённой программе. Динамика развития боевых действий идёт большими темпами. То, чему мы учили два-три месяца назад, в некоторых аспектах уже может быть неактуально.
Поэтому приходится постоянно что-то переделывать, пересматривать, на что-то делать дополнительный упор.
– Откуда вы знаете, что именно нужно изменить в программе подготовки?
– Мы постоянно контактируем с теми, кто выходит с линии боевого соприкосновения после выполнения задач. Они рассказывают, что появилось нового. Те же боеприпасы, которые использует противник, те же мины – всё это учитывается в дальнейшей подготовке.
Бывает, что группа возвращается после выполнения задачи и некоторое время отдыхает. К сожалению, случаются потери, кто-то получает ранения. Состав группы может измениться, её приходится дополнять. И даже если никаких изменений не произошло, военнослужащие снова приезжают сюда и под контролем командира группы проходят слаживание.
Выполняя боевую задачу, они могли увидеть что-то новое. В работе на передовой есть свои нюансы, и именно эти нюансы потом необходимо отрабатывать.
– Вы отдельно упомянули психологическую подготовку. Почему она настолько важна?
– Многие приходят в розовых очках. Они смотрят голливудские фильмы, слушают рассказы каких-то своих товарищей, которые принимали участие в боевых действиях. И у человека формируется определённый стереотип.
Вот этот стереотип и приходится ломать. Нужно дать человеку правильное представление о том, что его ждёт, снять эти розовые очки. Война – это совсем не то, что показывают в фильмах. Нужно показать её истинное лицо: то, что от военнослужащего будут требовать, что он должен будет делать.
Здесь не бывает «Я хочу» или «Я не хочу». Здесь человек либо может выполнить задачу, либо не может.
– Что вы считаете одним из самых важных качеств военнослужащего в такой обстановке?
– Честность. Мы учим ребят понимать, что даже доложить о каком-то провале – не стыдно. Найдётся способ его исправить. Стыдно и преступно стыдно – не доложить.
Потому что здесь все работают на одну цель. Не кто-то один, не одна группа, которая пошла выполнять задачу. Если непосредственно работают три-четыре человека, это совершенно не означает, что работают только они. В их интересах задействовано очень много людей – для принятия правильного решения, для того чтобы не было лишних потерь.
Человек должен понимать ответственность за свои действия не только перед самим собой, но и перед своими боевыми товарищами.
– Вы говорите о психологической готовности, но насколько вообще человека можно подготовить к тому, с чем он столкнётся в бою?
– Это очень тяжёлая работа. Человек должен быть готов морально, потому что здесь он сталкивается с другой реальностью – с обстановкой, в которой рядом могут быть раненые и погибшие товарищи, постоянная угроза жизни, необходимость действовать под огнём и принимать решения в считаные секунды.
Даже внешне здоровый человек должен быть морально готов к тому, что он делает, для чего он это делает и что может происходить рядом с ним.
Если ранен товарищ, его надо вытащить, перебинтовать. Если ты не умеешь этого делать и психологически не подготовлен, ты не сможешь оказать ему помощь.
Здесь нельзя себя щадить. Будешь себя щадить – ничего не получится. Не получится у тебя, не получится у твоих товарищей. Когда начинается выполнение задачи, думать надо только о ней. Только вперёд!
А уже потом можно расслабиться, всё обсудить и разобрать ошибки.
– Насколько в такой работе важны взаимная поддержка и возможность обсудить действия после выполнения задачи?
– Если человек говорит по делу – конечно. Это всегда можно обсудить. Командир либо объяснит свою позицию, либо скажет: «Подождите, другой товарищ объяснит». Но объяснят всегда.
Дело в том, что военнослужащий, когда выходит на выполнение какой-либо задачи, не видит всей картины. И так должно быть. Не дай бог, он попадёт в плен – противнику не должны стать известны замыслы.
Поэтому человек знает только определённый участок задачи, который касается непосредственно его. Из-за этого иногда может показаться, что с ним поступили неправильно. Если бы он видел всю картину, возможно, такого вывода не сделал бы.
– Вы говорите об этом как человек с большим служебным и боевым опытом. Почему после ухода на пенсию сами решили вернуться?
– Я уже однажды решил уйти на пенсию. После того как почти 25 лет этому отдал, думал: всё, хватит. Но меня ненадолго хватило.
Всего год – и понял, что чего-то не хватает. Как сказал герой одного фильма: «Скучно». Не в том смысле, что на поле боя весело. Я вижу, что могу кого-то чему-то научить. Кого-то на что-то направить. И, может быть, два-три слова, сказанные человеку вовремя, когда-нибудь спасут ему жизнь или здоровье.
Я смотрю на ребят, которые приходят, – им нужна помощь. И эту помощь могу оказать я. Главное – донести до них то, что я знаю. Чтобы они это услышали и смогли применить в условиях реального боя.
Если военнослужащий меня понял, значит, он уже может использовать мой опыт. И не совершать тех ошибок, которые в своё время, конечно, не желая этого, совершал я сам.
Если ты можешь передать человеку свой опыт, и благодаря этому он не повторит твою ошибку, значит, всё это было не зря.
Дарья Алтуфьева
Фото пресс-службы ЦВО
